Признание и приведение в исполнение отмененного решения российского суда

Для определения порядка разрешения споров во многих национальных и международных коммерческих договорах предусмотрена оговорка об арбитражном соглашении. Это значит, что спор будет рассматриваться не национальным (государственным), а третейским судом, и по результатам рассмотрения спора будет вынесено арбитражное решение. Это арбитражное решение может быть приведено в исполнение в определенной стране только после выдачи экзекватуры судом, где испрашивается признание и приведение в исполнение. Выдача экзекватуры означает признание и приведение в исполнение решения арбитражного суда наравне с другими судебными решениями. Порядок признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений установлен Нью-Йоркской Конвенцией, которая была принята 10 июня 1958 г. во время конференции ООН. Целью данной конвенции было в первую очередь упростить и определить единый порядок признания и приведения в исполнение иностранных арбитражных решений между разными странами. На сегодняшний день Нью-Йоркскую Конвенцию подписали 159 стран.1

Согласно п.1, ст. V Нью-Йоркской Конвенции, суд обладает определенной свободой усмотрения при признании и приведении в исполнение решений, и может пользоваться этим правом в исключительных случаях. В принципе, в при рассмотрении ходатайства о признании и приведении в исполнение решений, суд не может рассматривать спор по существу или принимать решений по делу. Однако исключение составляет наличие веских оснований полагать, что в процессе судебного разбирательства были допущены серьезные нарушения, из-за чего уже нельзя говорить о справедливом судебном разбирательстве. Но и на это правило есть исключение. Например, если в достаточной мере было продемонстрировано, что постановление суда было отменено в процессе справедливого судебного разбирательства. В какой мере в судебной практике применяется право свободы усмотрения можно увидеть благодаря одному важному решению Верховного Суда Нидерландов.2 Данное решение отвечает на вопрос, может ли отмененный приговор российского государственного арбитража быть признанным и приведенным в исполнение в Нидерландах.

Признание и приведение в исполнение отмененного решения российского суда

Это дело касалось российского юридического лица ПАО «Новолипецкий металлургический комбинат» (НЛМК), который является производителем стали, действующим на международном уровне, а также крупнейшим работодателем в регионе Липецк. Большая часть акций данного предприятия сосредоточена в руках российского бизнесмена Лисина В.С., который также является собственником транзитных портов в городах Санкт-Петербург и Туапсе. Кроме того, Лисин занимает высокую должность в российском госпредприятии «Объединенная судостроительная корпорация» (кораблестроение) и имеет интересы в госпредприятии «Первая грузовая компания» (грузовые железнодорожные перевозки). Заключив договор купли-продажи, стороны согласились о перепродаже акций Лисина в компании НЛМК самой НЛМК. Вследствие разногласий и просрочки платежей Лисин, согласно предусмотренной в договоре арбитражной оговорке, 22 декабря 2009 г. возбудил дело против НЛМК в Международном коммерческом арбитражном суде (далее МКАС) при Торгово-промышленной палате РФ, и потребовал выплатить оставшеюся задолженность по оплате приобретенных акций в размере 14,7 млрд руб. Сторона защиты, в свою очередь, заявила, что Лисин уже получил задаток от НЛМК, и что речь идет о другой общей сумме, задолженность по которой составляет 5,9 млрд руб.

В марте 2011 г. в России в отношении Лисина В.С. было возбуждено уголовное дело о мошенничестве при передаче акций НЛМК, а в июне 2011 г. – уголовное дело по подозрению о введении арбитражного суда в заблуждение во время судебного процесса по делу против НЛМК. Однако эти иски не привели к уголовной ответственности.

Арбитражный суд, в котором рассматривалось дело Лисина и НЛМК, постановил взыскать с компании НЛМК сумму задолженности в размере 8,9 млрд руб в пользу Лисина, при этом отклонив претензии обеих сторон. Стороны предоставили полный расчет цены несвоевременно и поэтому должны нести последствия в равных долях. В связи с этим сумма компенсации составила среднее арифметическое между суммой по подсчетам Лисина (22,1 млрд руб) и суммой по подсчетам НЛМК (1,4 млрд руб), за вычетом предоплаты. Так, НЛМК обязан был выплатить 8,9 млрд руб. Против данного арбитражного решения не подавалось апелляций, и НЛМК, основываясь на раннем деле о мошенничестве против Лисина, обратился с ходатайством об отмене решения МКАС в Арбитражный суд города Москвы, который удовлетворил ходатайство НЛМК и отменил решение МКАС.

Лисин не оценил такой ход и решил наложить арест на имеющиеся у НЛМК акции в капитале NLMK International B.V., Амстердам. Российское законодательство не позволяет наложить арест на акции, поскольку решение суда было отменено. Поэтому Лисин подал заявление об обеспечении иска в суд г. Амстердам в целях получения признания и разрешения приведения в исполнение арбитражного решения. Данное ходатайство было отклонено. Согласно Нью-Йоркской Конвенции, только компетентные органы государства, по закону которого это решение было вынесено (в рассматриваемом деле это российский суд), могут отменить арбитражное решение в рамках своего национального законодательства. В принципе, экзекватура не должна вмешиваться в содержание судебного решения. Суд постановил, что решение не может быть приведено в исполнение, поскольку данного решения больше не существует.

Лисин подал апелляцию против этого постановления в апелляционный суд Амстердама. Апелляционный суд постановил, что отмененное решение арбитража, в принципе, не может применяться для его признания и приведения в исполнение, и что иное возможно только при наличии исключительных обстоятельств. Можно говорить об исключительном случае, если существуют веские основания полагать, что в процессе судебного разбирательства в России были допущены серьезные нарушения, из-за чего уже нельзя говорить о справедливом судебном разбирательстве. Согласно апелляционному суду, это не так.

Против данного решения Лисин подал кассационную жалобу. С его точки зрения, апелляционный суд не принял во внимание, что ч. е п. 1 ст. V дает суду право свободы усмотрения при вынесении решения о том, может ли отмена иностранного арбитражного решения препятствовать приведению в исполнение арбитражного решения в Нидерландах. Сперва Верховный Суд сравнил подлинный текст конвенции на английском и французском языках. Как оказалось, оба варианта содержат различия в отношении предоставляемого суду права свободы усмотрения. В английском тексте ч. е п. 1 ст. V говорится следующее:

“1. Recognition and enforcement of the award may be refused, at the request of the party against whom it is invoked, only if that party furnishes to the competent authority where the recognition and enforcement is sought, proof that:

(…)

  1. e) The award has not yet become binding on the parties, or has been set aside or suspended by a competent authority of the country in which, or under the law of which, that award was made.”

Во французском тексте ч. е п. 1 ст. V говорится следующее:

“1. La reconnaissance et l’exécution de la sentence ne seront refusées, sur requête de la partie contre laquelle elle est invoquée, que si cette partie fournit à l’autorité compétente du pays où la reconnaissance et l’exécution sont demandées la preuve:

(…)

  1. e) Que la sentence n’est pas encore devenue obligatoire pour les parties ou a été annulée ou suspendue par une autorité compétente du pays dans lequel, ou d’après la loi duquel, la sentence a été rendue.”

Из-за использования словосочетания (‘may be refused’) в английском тексте кажется, что суд обладает большей свободой усмотрения, чем во французском варианте (‘ne seront refusées que si’). Верховный Суд нашел различия в интерпретации в отношении применения положений конвенции и в других источниках.

С целью прояснить эти различия в интерпретации Верховный Суд предложил собственное толкование, суть которого, в основном, заключается в том, что суд обладает свободой усмотрения при наличии оснований для отказа в рамках конвенции. В данном случае речь шла об основаниях для отказа «в отмене арбитражного решения». Лисин, опираясь на факты и обстоятельства, должен был доказать, что отмена решения являлась необоснованной.

Верховный Суд поддержал решение апелляционного суда в полной мере. Согласно Верховному Суду, об исключительном случае можно говорить только, если основания для отмены арбитражного решения не соответствуют основаниям для отказа согласно п. 1 ст. V. Даже если нидерландский суд и обладал свободой усмотрения для признания и приведения в исполнение решений, это право суда не могло применяться в отношении отмены арбитражного решения в этом конкретном случае. Возражение Лисина не имело шансов на успех.

Данное решение Верховного Суда Нидерландов дало четкую интерпретацию применения п. 1 ст. V Нью-Йоркской Конвенции в отношении свободы усмотрения при признании и приведении в исполнение отмены арбитражного решения. Таким образом, ранее принятое решение может быть отменено только в исключительных случаях.

Share